Михаилу Булгакову в день столетия

Москва пророчества проквакала.
Москва – Варвара без красы.
И в день рождения Булгакова
Теснят котов цепные псы.

Михаил Афанасьевич!
Вам исполняется сто!
Вы плывете Москвой
В знаменитом весеннем пальто.
И по легкому взмаху,
Сотворившего вальс на Дунае,
Замедляется время
И с Вами встречается в мае.

С Воробьевых холмов
Вы глядите на мать городов,
На чешуйчатый замок,
На гладь Патриарших прудов,
На людей, коих портит
Все тот же квартирный вопрос,
На торчащий из сада
Николая Васильича Нос.

Как бездомно Вам, Мастер,
Лететь и лететь без тревог.
Где-то снизу гееновы пасти,
А в облаке – Бог…
Наша плоскость:
Трамвайные звоны,
Весенний Арбат…
Невозможна для Вас,
Ибо Вы существуете — Над…

Над раскрытой страницей,
Над крышей Садовых домов,
Над взлетающей птицей
В лучах Сорока Сороков,
Над рекою Судьбы,
Пропадающей в море надежд,
И не скажешь о Вас:
«Он здесь был»,
И не скажешь:
«Он здесь…»

Только вечное Там…
Только млечная маска луны.
Черный снег над полями
Покинутой Богом страны.
И небесный экран,
А на нем у таланта в плену
Вы писали роман
И до гроба любили жену.

И болели луной
В Александровском прячась весной.
Там за красной стеной
Проходил самодержец больной.
Он сквозь стену глядел,
Изведенный разладом в мозгу,
Но кремлевский предел
Не давал ему выйти в Москву.

А луна как замок
На захлопнутых в небе дверях
Диктовала Вам срок,
Нагоняя сомненья и страх.
И шумела сирень,
И от влаги разбухла тетрадь,
Исчезала мигрень,
И хотелось скорей умирать.

За оконным квадратом,
Где небо меняется холст,
Дон Кихотом крылатым
Вертеться на мельнице звезд,
Чтоб один только раз
Себе выпросить время на грех
И увидеть всех нас,
Задирающих головы вверх…

Михаил Афанасьевич!
Вам исполняется сто!
Вы плывете Москвой,
И никто Вас не видит,
Никто…
Разве башня Ивана,
Средь ночи, почувствовав Вас,
Безнадежно и странно
Звонит в Вашу честь
Сотню раз.

О, великий учитель!
Укройте нас Вашим плащом!
Беспризорной Отчизне
Становиться все нипочем!
Как знамение дата.
Весь мир перед бурей затих.
Вас уносят куда-то,
А нас оставляют одних.

май 1991г. — апрель 2007г.